Коммуникационная
группа
Агентство
юрмаркетинга
Брендинговое
агентство
PR-агентство Digital-агентство SMM-агентство
PRАГЕНТСТВО
+7 (495) 055 29 14
Все контакты
PR-ЖУРНАЛ
Статьи

Как эволюционировала журналистика в течение последних 10 лет

29.12.2015
Источник фото

Каждый день я, студентка-первокурсница журфака, спускалась в холл общежития, чтобы по таксофону позвонить родителям. А чтобы написать краткий докладик, ехала на другой конец города, в библиотеку. А еще помню, как мы с вожделением ждали, когда наш куратор и по совместительству главред одной не самой известной газеты принесет на пары новый номер, еще пахнувший типографской краской… Наверное, это вполне естественно: меняется мир, а с ним и его «четвертая власть». Вопрос лишь в том, с каким знаком, «плюс» или «минус», эти изменения? Послушаем экспертов.

Вадим Горжанкин, главный редактор портала «Медиастанция», основатель Коммуникационной группы «Красное Слово»

Я считаю, что огромное влияние на сегодняшнюю и журналистику оказало развитие социальных сетей. Благодаря социальным медиа большой шаг вперед сделала гражданская журналистика, появилось в десятки раз больше действительно независимых журналистских материалов и мнений без ангажированных правок «сверху». Кроме того, развились многие жанры журналистики. Например, те же популярные у читателей фейковые статьи можно приобщить к старым добрым мистификациям в литературе, которыми не брезговали многие великие писатели. Людям всегда были интересны сказки и небылицы. Еще хочется отметить, что всего 5 лет назад огромное значение для журналистики имела тема SEO-текстов. Частенько многие СМИ гнались не за качеством контента, а за его уникальностью для поисковых систем. В итоге все писали много текстов, причем большую часть – в расчете на поисковых роботов, а не на людей. Сегодня, благодаря социальным сетям, во главу снова поставлен человек, а не поисковая программа. Теперь снова важно не количество, а качество журналистского материала. С каждым днем появляется все больше талантливых журналистов, которые, в соответствии с запросами нового времени, создают действительно читабельный контент, и это не может не радовать. Я верю, что через 3–5 лет хорошие журналисты будут востребованы на порядок больше, чем сегодня.

Андрей Воскресенский, обозреватель «Коммерсантъ FM»

Десять лет назад казалось, что Интернет вот-вот убьет бумажную прессу, а пять лет назад казалось, что блогосфера заменит собой и вытеснит традиционную журналистику. Бумажная пресса в результате выжила, хоть и с большими потерями. Редеть ее ряды будут и в будущем, кто бы сомневался. Да и сейчас оставшиеся на плаву бумажные издания читаются по большей части в интернет-версии, а их сайты превращаются в самостоятельные СМИ. А вот с традиционной журналистикой (в том числе и интернетовской) все сложнее. Блогосфера подвижнее, живее и, как правило, ярче. Независимый блогер не боится лишиться госфинансирования или потерять госкорпорацию в качестве рекламодателя, а потому свободнее в высказываниях, чем большинство традиционных СМИ (бумажных или электронных – не важно). Однако он, как правило, куда более вольно обращается с фактами. Я не говорю сейчас о прямых подтасовках, но на каждого сознательно сварганенного «распятого мальчика» приходятся тысячи перепостов от людей, которые просто не понятия не имеют о проверке фактов. И вот это и есть то, что позволяет выживать традиционным СМИ: доверие и репутация. Сделав запрос в Гугле по горячей новости и получив длинный список публикаций, люди прежде всего смотрят не на заголовок, а на источник. По крайней мере многие понимают, что именно так и надо делать. Будущее традиционных СМИ зависит только от того, окажутся ли они заслуживающими доверия.

Семен Новопрудский, заместитель главного редактора портала банки.ру, колумнист интернет-издания газета.ру

Так сложилось, что в следующем году будет 40 лет, как я имею дело с журналистикой – начинал совсем маленьким мальчиком. Причем занимался всем на свете, от собственно журналистики (экономической, спортивной, политической и даже немного театральной) до издания газет в качестве выпускающего редактора. Поэтому могу сравнивать, как менялась российская журналистика по крайней мере за 30 лет. В конце 80-х – начале 90-х с нашей журналистикой приключилось главное изменение – ей дали свободу. Вторым важнейшим изменением стало появление более четкой и разнообразной узкой специализации журналистов, чего раньше не было. Третьим – превращение СМИ в бизнес, чего раньше тоже не было. В этом смысле распад СССР ничего принципиально не изменил, он только усилил и развил тенденции в журналистике, заложенные в конце 80-х.

Примерно до 2001 года эта свобода в журналистике сохранялась. Основное изменение в российской журналистике последних 10, а на самом деле примерно 14 лет – отсчет можно начинать с разгрома телеканала НТВ в 2001 году – последовательное истребление свободы слова в СМИ. Возвращение ее к советскому полурабскому состоянию. Превращение значительной части журналистики в голую пропаганду. Особенно заметно это стало в последние два-три года.

По форме российская журналистика в последнее десятилетие пыталась угнаться за всеми изменениями, происходившими в мировой. Бумажные СМИ создавали интернет-версии. Появилась возможность комментировать статьи (которую многие медиа теперь стали, наоборот, отключать из-за преследований государства – теперь в России по закону медиа несут ответственность за любой комментарий любого пользователя). Практически у всех уважающих себя СМИ есть страницы в соцсетях. Интернет-журналистика развивается быстрее бумажной. Переболела Россия и иллюзией возможности чисто гражданской журналистики, когда казалось, что любая информация из первых уст, появляющаяся в Интернете, уже может считаться журналистским текстом или фоторепортажем. Однако по содержанию наша журналистика, несомненно, последовательно деградирует все эти годы.

Как бизнес российские СМИ в последние десять лет, а особенно в последние два-три года, находятся в очевидном упадке. Крупнейшую деловую газету страны «Ведомости» только что продали примерно за 7 миллионов евро – это очень дешево. Профессия журналиста, очевидно, утратила экономический престиж, хотя по-прежнему дает возможность сделать неплохую карьеру, если сотрудничать с властью и заниматься пропагандой вместо журналистики. То есть врать в пользу власти, а не пытаться оперировать реальными цифрами, фактами и излагать реальные события.

При этом, на мой взгляд, базовые задачи журналиста и журналистики все равно не меняются и не поменяются. Мы по мере сил пытаемся установить истину и помочь людям разобраться в окружающей их реальности: политической, экономической, культурной, гастрономической – какой угодно.

Елена Виноградова, редактор отдела «Расследования» газеты «Ведомости»

Журналистика – быстро меняющаяся сфера деятельности. Но, по правде говоря, без некоторых последних изменений вера в светлое будущее российских СМИ была бы крепче. Итак, по порядку.

Я убеждена, что деловая пресса родилась 15 лет назад, после отраслевой революции, вызванной появлением газеты «Ведомости» в 1999 г.

Конечно, до этого были прекрасный «Коммерсантъ», «Русский телеграф», агентства и журналы, но работали они в то время по другим, чисто русским принципам. К примеру, обычным делом было написать заметку на третий день после заседания правительства и опередить всех коллег. Обычаи подтверждать новость минимум у двух источников, собирать комментарии всех заинтересованных сторон, опрашивать экспертов ввели «Ведомости», перенявшие лучший опыт учредителей – The Wall Street Journal и Financial Times. Впрочем, другие СМИ быстро эти премудрости усвоили и в чем-то даже обогнали учителей. В атмосфере жесткой конкуренции деловая пресса достигла своего расцвета – как раз к 2005 г. Будущее казалось безоблачным: рекламные сборы росли как бешеные, газеты открывали новые рубрики и приложения для того, чтобы было куда ставить рекламу.

Тут подоспела революция технологическая. Интернет из справочника превратился в медиапространство, читатели стали начинать день не с газеты, а с сайта новостного агрегатора, блогеры обгоняли СМИ по числу подписчиков. Базы данных становились электронными, топ-менеджеры делились секретами с подписчиками социальных сетей, и к 2010 г. фраза «наши корреспонденты первыми обнаружили эту новость в Интернете» перестала восприниматься как злая шутка. Теперь пост в Facebook или Twitter – вполне приличный повод для заметки в серьезных СМИ.

Правда все эти изменения шли на фоне экономических потрясений. Реклама постепенно «перетекала» с бумаги в Интернет, но расценки в последнем, увы, отставали от «бумажных».

Экономический кризис совпал с кризисом политическим. Тут началось интересное: на страницах СМИ стало гораздо больше политики, чем прежде. Тот же Forbes, во многих странах представляющий собой элегантный деловой глянец «про успех», у нас стал заниматься расследованиями и разоблачать коррупционеров. Даже мужской журнал Maxim принялся публиковать политическую сатиру.

Это не осталось без внимания. В результате мы на пороге новых перемен: прямо сейчас из России с помощью закона, запрещающего иностранцам владеть более чем 20%-й долей в российских СМИ, выдавливают грандов мировой журналистики. Уходят, в спешке продав активы, AXEL Springer (экс-владелец Forbes), WSJ и FT («Ведомости»). Как проявят себя новые, российские собственники СМИ – время покажет. Ясно одно: журналисты намерены отстаивать правила, по которым работали последние пятнадцать лет.

Александра Маянцева, креативный редактор городской газеты «Мой район»

Узнав, что я журналист, таксисты, почему-то обязательно заводят со мной разговоры на тему: «а вот говорят, что бумажные газеты скоро умрут». И при этом шаркают так характерно подошвой о газету, которая у них заботливо защищает коврик от московского реагента. Отшучиваюсь, что не умрут: печать пролоббируют таксисты, чтобы было что под ноги подкладывать и пассажирам в пути подсовывать.

Я в профессии с первого курса. «Горячий цех» не застала, но времена, когда с заданий отдиктовывались стенографисткам, которые потом передавали материал по цепочке –  помню. Безусловно, технический скачок оказал огромное влияние. Ну могли ли мастодонты журфака, читавшие нам теорию, предположить, что всего лет через пять вполне реальной будет, например, твиттер-трансляция непосредственно на сайт издания?

Я больше десяти лет отработала в «Комсомолке». Потом, когда все заговорили о «кризисе жанра», взяла паузу и всерьез задумывалась, каким профессиональным путем идти дальше. Произошло это, как ни странно, после окончания учебы в «Академии Ъ» – таком модном и уникальном месте в стенах «Коммерсанта». За три месяца там, как на конвейере, перед студентами прошли те, кого в Ъ считают бриллиантами современной журналистики. И вот после лекций этих больших умниц я в какой-то момент осознала: «Да мы же все на "Титанике", где здесь отсек со спасательными шлюпками?»

Нажав на паузу, я решила осмотреться. И профессия снова поймала за воротник. В свою команду позвал бывший коллега по «КП» Алексей Синельников. Он теперь главный редактор в газете «Мой район». Газета бесплатная. И самая тиражная – более 900 тысяч экземпляров. Раньше о подобной прессе у меня были стандартные представления: на обложках черно-белых газет обычно помещен портрет кого-то из царьков местной управы. И заголовок – в стиле коммунистических агиток. Эти газеты лежат на столике рядом с консьержкой, к ним никто не прикасается – они пачкают руки. Консьержка, не читая, собирает эти газеты – для кошачьих лотков в ближайшем приюте.

Но в редакции все оказалось иначе. У газеты первые четыре года был западный, североевропейский учредитель. Она верстается по европейским лекалам, никакой «лубочности». И у нас есть определенные правила в отношении контента – часть тиража распространяется через кофейни среднего ценового сегмента. То есть с нас у человека начинается утро. Или это первое, что попадает человеку в руки, когда он приезжает в Москву, в командировку или на выходные. И странно было бы начинать его день с новостей из серии «убил-расчленил-съел». А потому из нашей редакционной жизни автоматом уходит почти весь криминал. Это делает жизнь чуть светлее: репортажи с похорон или поиск близких пятнадцатилетних близняшек-самоубийц – все то, чем порой приходилось заниматься в прежнем отделе новостей, – я ненавидела всей душой. Это была часть новостного потока, и если ты дежурил по отделу, то от этого некуда было деться. В «Мой район» мы на подобные темы не пишем. На сайте – иногда да. У нас газета, которую не приходится прятать от детей. При этом мы свободно пишем на темы, которые по каким-то своим причинам блокируют другие издания – например, про историю, как многодетным пришли многотысячные штрафы за парковку, которая для них по закону бесплатна. Статья получила какое-то дикое число перепостов в семейных сообществах. Мы были единственными, по словам многодетных семей, кто согласился об этом написать. Мало того, мы сделали из этого целый «сериал». И вот буквально полчаса назад нам позвонил идеолог этого движения и сказал, что Дептранс, который до того не шел на переговоры вообще, попросил пострадавших написать новое заявление.

Раньше считалось, что бесплатная газета – это «для бабушек, у которых нет денег на "настоящие" газеты». Что это скучно и нудно. Но, желая зарабатывать не только на хлеб, но и на бутерброды с красной икрой, мы дополнительно к еженедельной газете выпускаем яркие корпоративные издания для самых модных и хипстерских мест. Кстати, в редакции мы часто что-то дегустируем из меню модных кафе. У нас есть Лена Володина, которая проверяет, можно ли в домашних условиях приготовить какие-нибудь мит-болы, шоколадный кукис или черный бургер. Знаю, что по этим рецептам потом готовят для студенческих вечеринок в общежитиях МГУ, например.

Очень помогают сейчас в работе социальные сети. Например, каким образом раньше можно было узнать трогательную историю о том, как эмигрант из Таджикистана вернул москвичке кошелек с деньгами, сообщив ей о пропаже при помощи мобильного платежа? Ну рассказала бы девушка коллегам, подругам. И все. А тут – весть быстро разнеслась по соцсетям, москвичи в благодарность собрали приличную сумму, которая опять же пошла на благое дело – в помощь малышу с редким генетическим заболеванием. Мы первыми дозвонились до этого парня и пустили эту чудесную историю в народ. В итоге сделанное добро вернулось к Забехулло сторицей: он получил личную благодарность от президента Таджикистана и премию. Был приглашен на корпоратив того банка, через мобильное приложение которого он догадался сообщить о находке – в банке парня тоже не обидели.

Или вот, допустим, авиакатастрофы. Как ни печально, они случаются. Как мы раньше на них работали? Если называть вещи своими именами: лезли в душу убитым родственникам в аэропортах. В самое неподходящее для них время. Мои три выкуренные за всю сознательную жизнь сигареты были выкурены именно в аэропорту – с сыном пилота такого рейса. В такие минуты приходилось переступать через себя . Сейчас по социальным сетям понятно – хотят родственники общения или нет. И первую информацию: о жизни, семье, профессии – журналисты узнают из профилей погибших. Оттуда же берут фото. Кстати, к вопросу об этичности использования таких снимков. Подборку фото с краткой биографией и комментариями родных и близких на страничках пассажиров перепечатали издания, находящиеся в моей шкале моральных ценностей на противоположных полюсах – и «Лайфньюс», и портал «Православие и мир». Мы этого делать не стали. Не из-за того, что это неэтично, нет – кстати, это очень дискуссионный вопрос. Мы нашли эксперта, который до того, как стало известно, что это теракт, рассказал, что преждевременно все списывать на экипаж и «летающие тазы». А потом, когда уже стало понятно, что к чему – как научиться вновь полюбить небо и вернуться к полетам.

Еще соцсети иногда расставляют все на свои места. Например, была страшная история, когда молодая москвичка в Подмосковье сбила насмерть всю семью, шедшую по обочине. Изначально информация была подана так – девушка, обладательница «лендровера», выпила много виски и поехала куда-то по делам. В это время по той же дороге к остановке шла семья. Пьяная девушка не справилась с управлением, в итоге – пять трупов, в том числе и семилетняя девочка. По соцсетям мгновенно полетело: «Мажорка, отмажут». Но мы очень удачно тогда, до того как семья успела удалить страничку, нашли глубокой ночью в соцсетях профиль виновницы. По богатой подборке фото стало понятно, что перед нами классическая семья маргиналов. С вечными попойками, старым покосившимся домом в подмосковной деревне, где ужасная грязь, разваливающая печка и всегда чумазые дети пьяной матери. А дорогая машина – это «отступные» родственников, с которыми семья виновницы делила доставшуюся в наследство квартиру. И виски там – самый дешевый. Это был уже иной вектор, в итоге семьей виновницы трагедии заинтересовались не только следователи, но и органы опеки. Хотя изначально воображение рисовало картинку из жизни «золотой молодежи» – загородный дом, дорогая машина, море виски, за рулем – вчерашняя студентка. В итоге – восемь лет колонии.

Соцсети помогают искать героев и экспертов, значительно расширяют кругозор и сокращают время на поиски. И, опять же, они напоминают мне принцип издания нашей бесплатной газеты. Интересных для себя блогеров читатель выбирает сам, исходя из своих симпатий. Он не платит блогеру «за контент» , он просто его читает. А блогер уже сам решает – монетизировать ему эту симпатию к нему, публикуя периодически рекламу, или нет. Так же и с нашей газетой – беря ее в супермаркете, кафе или на стойке в МФЦ, читатель делает это либо из интереса, либо уже из симпатии. 

Александр Баулин, экс-сотрудник «Мир ПК», РИА «Новости» и Лента.ру

Профессиональную карьеру журналиста я начал 15 лет назад, и мне трудно отметить конкретный момент, когда возник тренд «глобализации профессионализма». 10 лет назад он уже был точно заметен. С ростом популярности интернет-изданий и появлением блогеров каждый журналист стал работать не только внутри своей «тусовочки», которая читала издание, или своего городка, но глобально, по всей стране и даже миру. Независимо от типа издания, печатного, интернет-СМИ или блога («Ведомости», «Коммерсант» и «Мир ПК» – вполне живые примеры печатных изданий) материал все равно окажется в Сети, а дальше его оценят, сравнивая с другими статьями в этой области.

Это не значит, что статьи стали более корректными. Мы знаем на рынке несколько примеров персонажей, которые публикуют вопиющие глупости, но берут апломбом, «вторым счастьем» или интересной подачей. Однако теперь у читателя есть возможность проверить информацию – если он хочет корректных данных, найти что-то более интересное или просто расслабиться и получить удовольствие от очередного опуса, если его устраивает уровень материала. Доступ к информации стал быстрым, часто бесплатным, а значит, повысилась конкуренция – выживут сильнейшие. 

Источник: PR-агентство "Красное Слово"
ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ
ОТПРАВИТЬ СООБЩЕНИЕ
Нажимая кнопку «Отправить» я даю согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом №152-ФЗ «О персональных данных».
ОТПРАВИТЬ СООБЩЕНИЕ Вы можете отправить сообщение воспользовавшись формой ниже, либо отправить сообщении самостоятельно на info@pr-agentstvo.com
Нажимая кнопку «Отправить» я даю согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом №152-ФЗ «О персональных данных».
ЗАПОЛНИТЬ БРИФ Для более четкого определения целей, необходимо заполнить бриф (анкету) как можно подробнее. Это поможет увидеть максимально точную картину проекта, оперативно определить цены и сроки реализации.

Если по каким-либо позициям анкеты возникнут вопросы, пожалуйста, обратитесь к нам за разъяснениями. Мы гарантируем полную конфиденциальность представленной информации о вас и о вашей деятельности.
Нажимая кнопку «Отправить» я даю согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом №152-ФЗ «О персональных данных».
+7 (495) 055 29 14 Front-office: Москва,
ул. Охотный Ряд, д. 2
Back-office: Москва,
ул. Донская, д. 32
Пн-пт, с 10:00 до 19:00 info@pr-agentstvo.com www.pr-agentstvo.com